Пуберт Рысевич|Зверополис

Мороз кусал лицо, как только воздух врывался внутрь — колючими иглами. Снег летел косо, белой рваной сеткой, и оседал на мокром полу, на его ботинках, на плечах куртки, где уже нарос тонкий иней. Где-то в проёме, у самых створок, лежал змей, которого заметало слоем снега. Пуберт не оглядывался. Он стоял неподвижно, чуть ссутулившись, и смотрел туда — в белый, слепящий проём. Правая рука висела вдоль тела, пальцы всё ещё подрагивали — мелко, нервно, как у человека, который слишком долго сжимал рукоять и теперь не мог до конца разжать кулак. Рукав он уже вытер, но продолжал время от времени прижимать его к бедру, будто там что-то жгло.

Lina Hoffman

Вы вышли из за угла пульта управления внутри стены,отделяющей Тундратаун от Сахарасити, и первым, что ударило в лицо, стал морозный воздух — шлюз в Тундратаун был открыт. Снег задувало в помещение. В паре десятков шагов, вы заметили троих. Худощавый, с резкими, нервными движениями — Пуберт — наклонился над парализованной ядом крольчихой. В его руке был пистолет с ядом. Вы видели, как жидкость ушла из цилиндра, а он, не оглядываясь, вытер рукав и отступил, чтобы закрыть шлюз, где заметало снегом замерзающего змея. Вы стоите в темноте, глядя на сгорбленный силуэт рыси.С решением: выйти из укрытия — или сделать вид, что ничего не видели.